Архив категории »Об авторе «

Это не генеральная репетиция. Это жизнь.

Русские очень заинтересованы в красоте

Интервью Шанжана Тряпье российскому издательству 

Тряпье это Ваша настоящая фамилия?

Да, настоящая. Да, я знаю, как она звучит по-русски, и да, мне это очень нравится.
Предвосхищая следующий вопрос, скажу, что Шанжан это мое настоящее имя, и я знаю, что оно означает.

Вы француз?

Частично. В Провансе говорят — порода важнее пастбища. В России говорят, что шила в штанах не утаишь, если я правильно передаю поговорку. Но я давно не живу во Франции, и кажется, уже даже говорю с акцентом.

Где же Вы теперь живете?

В данный момент в России, конечно. Дело в том, что во всех местах, куда я попадаю, я не просто бываю, а живу. Пусть даже это несколько дней на каком-то модном показе. Я так много переезжаю, что если бы не жил во всех местах, где появляюсь, моя жизнь проходила бы мимо. А вообще моя работа настолько связана с разъездами, что иногда бывает довольно сложно сказать, где я живу на самом деле — в миланском отеле или в съемной квартире в Париже, а еще в поезде. В двух чемоданах и наплечной сумке, наверное.

Почему свою первую книгу Вы написали на испанском?

Потому что испаноязычная аудитория достаточно широка, и кроме того, у нее этот материал очень востребован.  Я учился в Испании и определенный отрезок моей жизни связан с этой страной.  В Испании, в Латинской Америке люди интересуются одеждой и внешностью намного больше, чем во Франции, которая слывет законодателем моды.

Наивно было бы с моей стороны не воспользоваться открывающимися возможностями, при том, что не представляло трудностей написать книгу непосредственно на испанском, чтобы избежать перевода.

Теперь Вы собираетесь повторить это в России? 

В некотором роде. Безусловно, русский проект не будет и не может быть повторением, слишком велика специфика аудитории. Но я действительно собираюсь изложить свою теорию на русском языке и подкрепить ее актуальными примерами, зарисовками и рекомендациями. Я хочу написать действительно нужную книгу, которая будет работать. Это руководство к действию, а не описание истории и теории. Но для такой книги мне придется не только полностью переработать весь материал, но и собрать множество новых, увлекательных сюжетов и выработать новые приемы.

Вы считаете, что  в Латинской Америке интерес к моде больше, чем во Франции?

Конечно! Там люди придают намного большее значение внешней привлекательности, сексуальности, и как следствие – моде и стилю, одежде, украшениям. Это у них в крови, в культуре. Французы такие снобы во всем, а уж в том, что касается одежды – особенно. С одной стороны в этом много истинного во французском понимании, ведь французский стиль это смешение элегантности и непринужденности, они не стараются наряжаться специально.

А что касается России?

Русские в своем отношении к одежде и внешности в целом ближе к испаноговорящим народам. Обращают внимание на внешность, стараются хорошо выглядеть. Конечно, есть определенная часть, которая расценивает внешность только с позиций приемлемости, приличий и конформности. Единственные вопросы, которые такие люди себе задают: могу ли я в этом выйти на улицу, не засмеют ли меня, не обратят ли на меня внимание. Но подавляющая часть людей очень заинтересована в красоте.

Кроме того, русские оценивают человека по внешности, и от этой оценки очень нелегко избавиться в дальнейшем, поэтому есть смысл прилагать все силы, чтобы эта первая оценка была адекватной. При ведении дел, при работе, Москва выдвигает требования к внешности и гардеробу намного большие, чем любая европейская столица.

Вы хорошо знаете Россию?

Мне кажется, Россию нельзя знать хорошо. Она слишком большая и совершенно разная. Москва, например, совершенно отдельная страна со своим народом, порядками и представлениями о нормальном. И дело не только в столичном снобизме или темпе жизни.

Кроме Москвы Вы еще где-нибудь бывали?

Да, пока только в Санкт-Петербурге и нескольких других городах. В рамках переработки моей книги для русского издания я буду совершать поездки в различные города страны, погружаться в их жизнь, знакомиться и разговаривать с людьми, задавать им вопросы и проводить консультации. Я хочу подобрать именно актуальный материал, интересный и необходимый аудитории.

Как Вы учили русский язык?

Самостоятельно. Но я скорее учился не говорить, а читать, правильно выражать свои мысли, визуально оценивать текст. У меня было много книг. А вот разговорной практики у меня фактически не было, пока я не попал Москву.  Большинство студентов всегда хотят попасть в европейские Дома моды, сразу начинать работу с известными кутюрье, иметь ясные перспективы и возможно, быть принятыми на работу по окончании срока практики. Но у меня получилось по-другому.

Какие были Ваши впечатления на новом месте?

Впечатляющие. Широкомасштабные. Абсолютно новые. Я никогда прежде не был в таком огромном городе, как Москва. Но работа мне очень понравилась. Совершенно другой, очень колоритный, русский стиль, и вместе с тем ни в чем не уступающий европейской практике моды. Разные школы кроя, другие, отличные от европейских, типажи фигур. Совершенно другие характеры, иное взаимодействие, общение, мировосприятие. Полный контраст с Европой!

Как одеваются люди в Москве по сравнению с европейскими городами?

Намного ярче, чем в европейских столицах. Пожалуй, только в Лондоне существует подобная индивидуалистская культура одежды. Но если в Лондоне она проистекает из непостоянной погоды, стоической холодоустойчивости англичан и определенного нонконформизма, безразличия к мнению окружающих то в Москве каждый ярко одетый человек действительно хочет выразить свою личность и взгляд на мир. Мне это очень импонирует.

В Европе культ личностных ценностей таков, что на внешность многие не считают нужным обращать внимание, и напрасно. Никакие личные достоинства не смогут быть оценены адекватно, если их упаковка не вызывает желания продолжить знакомство. Конечно, климат очень сильно влияет на манеру одеваться.

Какие города Вы еще собираетесь посетить, чтобы составить мнение и подобрать материал?

Конечно, одной Москвы недостаточно. Я хотел бы составить мнение не только о столичном стиле, но и о стиле провинциальных и промышленных городов. Мне интересны и центры регионов, и небольшие городки с выраженными особенностями – например, крупный завод или морской порт в качестве градообразующего предприятия. Или напротив, аграрный город в черноземном поясе. Не буду пока называть какие это города, отчасти потому что график еще составляется, и чтобы не раскрывать интриги.

Русские девушки самые красивые?

Конечно, нет. Но они женственны, помимо портретной красоты, они еще и ведут себя, как женщины, добиваются своего женскими способами и не соперничают с мужчинами открыто. В России не увидишь товарищеских отношений между мужчинами и женщинами, девушки все равно пользуются женскими уловками даже по отношению к сокурсникам, сослуживцам.

У Вас есть идеал женской красоты?

Это простой вопрос, но на него сложно ответить однозначно. Мне нравятся брюнетки зимнего типа, такие как Софи Марсо и Лив Тайлер. Но в то же время для меня совершенно неотразимы девушки с деревенской внешностью – с круглыми щеками, большими глазами, пышными формами. В Европе к этому типу принадлежат голландки, и в России таких девушек тоже очень много.

А что касается мужчин?

С мужчинами все проще – мужская красота намного более социально лабильна, чем женская. В моем восприятии красивым мужчину делает профиль и осанка, а нарядно одетым — пиджак и хорошая стрижка. Один из самых красивых мужчин сейчас, на мой взгляд – Курро Диас.

В русском кинематографе поразительное количество неотразимых мужчин. Недавно я был на спектакле с участием Василия Ланового и был поражен красотой того разряда, который называют благородной. Но каково же было мое потрясение, когда я увидел фильмы, в которых он играл в молодости! Не понимаю, почему русские считают красивым Алена Делона, имея собственных кинозвезд такого масштаба.

Много ли потерял мир моды в Вашем лице?

Полагаю, что совсем не много. Я – человек, напрочь лишенный воображения, и я никогда не был и не мог бы стать концептуальным рисовальщиком. Я могу комбинировать и сочетать что-то уже придуманное, составлять ансамбли, повинуясь технологическим законам и правилам композиции, но чувства духа времени, которое делает кутюрье актуальным, у меня нет, я скорее ретроспектор. А вот словом я владею намного лучше, и технический склад ума позволяет мне видеть то, чего другие люди не замечают.

Как Вы начали писать о моде?

Еще в университете было ясно, что теоретические и идейные части моих проектов намного интереснее, чем эскизные и натурные. Даже когда мне удавалось придумать что-то занятное, при ближайшем рассмотрении оказывалось, что это лишь комбинаторная переработка уже существующих вещей. Да, я знаю, что многие современные кутюрье существуют подобным способом, но я для себя считаю это неприемлемым.

Зато я всегда мог объяснить что угодно словами. Я вообще любитель порассуждать на разные темы, и мне часто приходилось слышать что-то вроде: «Тебе бы лекции читать», а мой взгляд на вещи обычно признают оригинальным. Так появилась идея написать учебник или курс лекций. Но с моим приземленным складом ума естественным образом из написанного получается именно практическое пособие. И поскольку я – человек моды, без предметного ряда тут не обойтись.

У Вас слава человека, живущего в двух чемоданах…

В двух чемоданах и наплечной сумке! Но в России я был вынужден нарушить это правило, нужны сапоги, теплая одежда, так что двумя чемоданами тут на обошлось.

Как при такой любви к вещам, Вы можете быть таким мобильным?

Это тяжелый труд! Мои приятели шутят, что на старости лет я должен буду открыть магазин подержанных вещей. Но в этой шутке есть только доля шутки, как говорят в России. Тонкость заключается в том, чтобы тщательно выбирать вещи, не покупать все подряд, и не привязываться к вещам.

О чем Вы метаете?

Вы не поверите – о доме. О гардеробной для всех моих шмоток, о полочке для специй на кухне, о собственных чашках. О библиотеке, о розовых кустах, о качелях и чайном столике в саду, о собаке наконец.

Сейчас, пока я молод, мне проще путешествовать налегке. У меня нет дома и даже если бы он у меня был, я не смог бы безвылазно там сидеть, но и безалаберно уехать надолго не решился бы. Я очень трепетно отношусь к собственности, вещи любят руки, каждая вещь требует заботы, и если ты не силах ее обеспечить, не нужно обзаводиться капризными вещами. Такими, как дом и собака.

Шляпа – это действительно Ваша шляпа?

Да, это моя шляпа. Я ношу ее каждый день.

Шанжан Тряпье: «Я – человек моды»

Шанжан Тряпье из тех людей, про кого можно с уверенностью сказать – житель мира. Он утверждает, что у него нет недвижимости ни в одной точке планеты, а все его имущество умещается в двух дорожных чемоданах и наплечной сумке. В последнее, понаблюдав Шанжана некоторое время, поверить сложно, настолько непредсказуем бывает его внешний вид. Шанжан Тряпье не снимает сливки с новых показов,  он живет той же жизнью, что и каждый из нас.

 Без недвижимости, без ощутимого гражданства, без постоянной работы, Шанжан Тряпье, тем не менее, совершенно реальный человек. Он имеет отношение к миру моды, но не вращается в нем. У него есть свой стиль, но он не стремится быть в тренде. Он переезжает с места на место, а не курсирует между Миланом и Парижем, и его расписание никак не привязано к показам от-кутюр.

Шанжан Тряпье не снимает сливки с новых показов, он живет той же жизнью, что и каждый из нас. Он одевается в тех же магазинах, бывает в тех же местах, ходит по улицам и в гости, сидит в кафе и ездит в транспорте, путешествует поездом и самолетом, и при этом не изменяет своим взглядам на жизнь. Не потому что он эксцентричный тип, а потому, что его собственный стиль легко видоизменяется и служит его собственному удобству. На него приятно обратить внимание, но при этом его внешний вид удивительно ненавязчив.

Это обычный человек в обычном мире, который не только смотрит немного глубже, чем каждый из нас, но и умеет поставить свое знание на службу потребностям. Для многих людей в мире Шанжан Тряпье стал проводником в мир повседневной моды, которая не диктует свои порядки, а облегчает нам жизнь, благодаря которой каждый может выглядеть привлекательно и не чувствовать себя должным.

В юности Шанжан получает техническое образование, мало связанное с миром моды, и именно его инженерный склад ума и препараторские наклонности заставляют нас с таким волнением вчитываться в то, как он открывает мир моды с другой стороны. Одновременно Шанжан получает образование модного дизайнера, так что нельзя сказать, что его позиция это взгляд постороннего человека. Между прочим, такое сочетание специальностей не является чем-то из ряда вон выходящим в мире моды, многие кутюрье имеют различные технические дипломы, а некоторые не имеют художественного образования.

Имея некоторый опят работы в индустрии моды, Шанжан Тряпье, тем не менее, посчитал свою свободу взглядов и передвижений большей ценностью, чем профессиональная востребованность. Трудно сказать, чего мы лишились в его лице в сфере профессиональной моды, но появление такого модного критика однозначно этого стоит.

 Кроме того, он автор изумительных по стилю и любопытных в своей нестандартной наблюдательности путевых заметок, очерков о городах и странах, рассказов о людях и обычаях. Неудивительная мобильность для человека, живущего в двух чемоданах .

В одном можно быть уверенным точно – никто до сих пор не писал про моду так, как пишет Шанжан Тряпье.

Шанжан Тряпье несомненно человек моды. Тем страннее на первый взгляд кажется читателю его язвительный тон и едкие замечания. Порой он пишет так холодно и конструктивно, что вам может показаться, что вы очутились в научной работе, а иногда переходит на беззаботный и мечтательный тон модного журнала.

За его критическими наблюдениями, высказанными подчас довольно резко, можно разглядеть романтическое желание сделать мир лучше, по крайней мере, помочь ему в этом. Его наблюдения порой абсурдны, но всегда неожиданно точны.

Шанжан не стремится содрать покровы тайны и показать непривлекательное нутро мира моды, для этого и без него есть множество желающих. Нет, он стремится сделать мир моды максимально понятным, не лишая его при этом всего присущего очарования, без которого мода немыслима. Шанжан не отрицает вечные ценности моды, не смеется над ними и не обесценивает то, чем дорожит в этой сфере многочисленная армия покупателей.

Мода для него тем и хороша, что быстротечна, стиль тем и привлекателен, что его легко сменить. Все средства и силы огромной империи моды Шанжан стремится поставить на службу каждому человеку, у которого есть такое желание, научить нас знать и уметь обращаться со всеми возможностями этой машины.

Бесполезно ждать от него обзора модных новинок в привычном нам рекомендательном стиле. Он никогда не скажет, что вы должны купить и носить, чтобы выглядеть модным. Напротив, зачастую его замечания бывают излишне критичны и напрочь отбивают желание совершать какие бы то ни было покупки.

Однако, Тряпье увлеченно дает советы по созданию образов и при этом выделяется своей оригинальной манерой советовать. У него есть собственная методика разработки образа и стиля, которая будет интересна всем, кто хочет хорошо выглядеть, но при этом не желает стать жертвой моды или прослыть поверхностным человеком.

Он не диктует вам правила, его задача научить вас делать это. Приоритетом для его советов будет не мода сегодня, и не то, что вам идет, а то, что вы хотите сказать этим, ваше мироощущение и взгляды. Никто не будет вам диктовать, что надеть. Это отличает подход Тряпье от образовавшейся сегодня армии дизайнеров, раздающих советы, выгодные только для их престижа и выгоды производителя.

Безжалостный к производителям, обращаясь к читателю, Шанжан Тряпье становится  внимательным и разумным советчиком. Он смело раздает рецепты, не боясь, что последовав его совету, кто-то может потерпеть неудачу и обвинить его. Следуя методике Тряпье, вы можете быть уверены – он всегда на вашей стороне, а это так важно в сегодняшнем мире.

Давая свои рекомендации, он не диктует вам условия,  а предоставляет возможность расставить собственные приоритеты и сделать свой выбор.

Шанжан Тряпье о себе:

  • «В гостях хорошо, а дома нету – это про меня. Я легко приживаюсь в любой точке мира. Стоит мне попасть куда-то и провести там буквально пару дней, как я уже чувствую себя дома. Я мгновенно присваиваю себе улицы, дома, жителей и историю мест, куда я приезжаю»
  • «Я люблю и понимаю вещный мир, а вещи в свою очередь любят меня»
  • «Я – человек, напрочь лишенный воображения»
  • «Я ужасающе не умею шутить и поэтому часто попадаю в неловкие ситуации, когда люди принимают мои шутки за откровения»

Мир моды о Шанжане Тряпье:

  • «Просто удивительно встретить такую беспощадную жесткость взглядов в причудливо одетом андрогинном человеке в замысловатой шляпе»
  • «При всей своей заметности, Шанжан Тряпье обладает умением становиться совершенно неброским, растворяясь в обстановке»
  • «Принципиальность крестоносца он сочетает с исключительным пониманием именно вашего мнения»
  • «Не знаю ни одного другого человека, которому вещи отвечали бы такой взаимностью»