Архив за » Февраль, 2013 «

Прощай

Умер Ван Клиберн. Казалось бы, никто не ожидал. И тем не менее мы думали, что он будет жить вечно. Никто не задавался вопросом — а жив еще Ван Клиберн? Он был и это присутствовало где-то на периферии сознания. Это мой мир, у собак четыре лапы, в Техасе живет Ван Клиберн.

Пианист из Техаса — это было сильно, правда? Пианист, перенявший мастерство через два поколения от Ференца Листа. Первый исполнитель, взявший рубеж платинового альбома классической музыки. В 24 года в разгар Холодной войны победивший в Москве на Международном конкурсе имени Чайковского. Именем которого назван конкурс академических пианистов в Форт-Уорт, штат Техас, один их тех, кто «ставит печать немедленного мастерства на тех, кто ещё не мастер». И я не могу удержаться от цитирования:

По мнению музыковеда Джозефа Горовица, Конкурс имени Левентритта и Конкурс Вана Клиберна представляют собой выразительное противостояние: первый воплощает собой характерные для американской музыкальной жизни 1940-50-х элитизм и сильную культурную зависимость от Европы, второй — типичное для более позднего этапа в американском культурном развитии преобладание популистских настроений, оптимизма и небрежной наивности.

Миру как раз остро не хватает преобладания популистских настроений, оптимизма и небрежной наивности! Это как раз те богатства, которыми я хотел бы разжиться. И я чрезвычайно благодарен ему за то, что он впускает их в нашу жизнь.

00108e50_medium77a884089ab515YGz7.St.117

Я сам не научился играть на фортепиано даже Собачьего Вальса. Но я не знаю, что может быть чувственнее и сильнее по производимому впечатлению, чем хороший экспрессивный исполнитель. Я знаю, что многие любители музыки предпочтут назвать в качестве любимого инструмента скрипку, виолончель, саксофон… Что неизменным успехом пользуются джазовые концерты, выступления струнных квартетов… Но рояль — это та основа основ, от которой все исходит и к которой все возвращается, независимо от того, понимаем мы это или нет. И парень из Техаса, играющий для королев и президентов, и так любимый простыми людьми.

Когда мне приходила мысль о том, что я пишу и говорю общедоступные вещи, что все люди знают то, что я хочу сказать, что мое знание не уникально и никто не нуждается в том, что я делаю, я вспоминал Ван Клиберна.
Нотные записи великих произведений общедоступны, но великих исполнителей можно пересчитать по пальцам.
Может быть, все и знают то что я хочу сказать, но никто не сделает это так, как я. Парень из Техаса давал мне шанс.

Прощай, Харви Лейвэн Клайберн-младший! Мы никогда тебя не забудем…

Tpex8.St.58

Инфляция авторитетов – 2. Декларация самовыражения

 Самой большой ценностью нашего времени становится индивидуальность и самовыражение. Понимаете? Недостаточно быть личностью, эпоха разных людей в одинаковых костюмах безвозвратно ушла, теперь еще нужно и самовыражаться. Индивидуальность становится настолько ценной и важной, что ее необходимо проявлять, декларировать вовне.

Личность заслонила от нас любые достижения персонажа. Личность стала интересовать народные массы намного больше, чем дела.

Люди с волнением погружаются в репортажи о частной жизни политиков, с интересом открывают для себя частные подробности о взглядах рок-звезд, жадно поглощают любую информацию о человеческих качествах незнакомых им персон. Как будто для страны имеет значение, чем завтракает мистер президент и какой супругой становится дома фрау канцлер. Кому может быть интересно, как выглядит на пляже английская девушка? Ну сходите на пляж, она выглядит так же, как тысячи девушек ее возраста. А если это супруга наследника короны? Что за интерес, что молодой офицер в счет бильярдного проигрыша снял штаны в компании друзей, вы что, постеснялись бы? А если это внук королевы? Какой интерес может представлять супружество представительного мужчины и привлекательной женщины? А если это династический брак монарха, не имеющего наследников? Никто не знает, какие политические решения принимает князь Монако, но каждый хочет высказаться по поводу его ориентации и мотивов вступления в брак!

Любые достижения деятеля тускнеют перед его личностными качествами. Больше всего ценя личность, люди принялись оценивать авторитеты с личностной точки зрения. Стало неважно, что ты сделал. Намного важнее, что ты за человек.

Любой великий исторический деятель отныне может быть описан словами:
«Он был такой же человек, как я и как каждый из нас, со своими достоинствами и недостатками, слабостями и пристрастиями»

Действительно, глупо поклоняться человеку, такому, как каждый из нас. Особенно если у него были свои слабости. Он же просто человек, как и я!

Но он не такой же! Найдите в себе смелость признать – никто из великих людей не подобен нам. Вы можете быть прекрасны по своим человеческим качествам, но вы не перевернули мир, как Наполеон. У вас может быть масса достоинств и все любят вас, но до всемирной славы Майкла Джексона вам далеко. Вы прекрасный человек, но духовного влияния Иоанна-Павла II вам никогда не достичь.

Оценить личностные качества кого-либо может только близкий человек. Однако я посмею уверить вас, что например Император французов не был для своей жены любящим мужем, а для своих маршалов приветливым другом. Конкретно этот человек поставил всю свою жизнь на службу своему самолюбию, своему государству и его пользе, тем способом, который единственно считал приемлемым. Возможно, кто-то из легендарных личностей и мог оставлять за порогом свое историческое величие и преображаться в отца и мужа, друга и брата. Но разве этим становятся известны великие люди, перед которыми стоит преклоняться?

Как может посметь кто-то из нас оценивать личные качества человека, с которым он не знаком, о котором ему известен скромный набор фактов из школьного учебника? Это привилегия тех, для кого он на самом деле был близким человеком, а также историков, тщательно изучавших материалы. Надо заметить, что ученые не начинают работу с такими масштабными персонажами без должного пиетета, а также всегда корректны в своих оценках.

Для нас, рядовой публики, исторические деятели не «люди, такие же как мы, со своими слабостями», а огромные монолиты вдалеке, мы не можем даже объять глазом всю монументальность их дел, не можем уложить в голове хотя бы голый конспект их достижений. Почему бы не отдать должное их величию, хотя бы на уровне признания? Никто не заставит вас поклоняться чему-либо, если вы не испытываете такой потребности, но говорить что Иван Грозный или Леонардо да Винчи были всего лишь обычными людьми – это не только явное неуважение, но еще и заведомая ложь.

Куда-то в небытие отступило бессмертное «Хороший человек не профессия, надо уметь делать дело». Этот лозунг до сих пор находится лишь в кабинетах карьеристов, там же где и дело, которое они делают.

Вы действительно думаете, что Юлий Цезарь хотел бы быть увековечен в расхожей фразе «муж всех жен и жена всех мужей»? А Наполеон мечтал войти в историю под прозвищем «стригунок», как его называли в полках в начале карьеры? Разве не рассчиталась за всех Мария-Антуанетта, продемонстрировав свой личностный уровень фразой «пусть едят пирожные»? Ах да, вас же это не волнует.

На днях я просмотрел передачу «Париж — город влюбленных» по каналу Культура — и вместо рассказов о Париже столкнулся с жесткой православной пропагандой. Помимо вольного пересказа апокрифов, мало отношения имеющих к Парижу, я слышал слова о «невинно убиенных монархах Людовике XVI и Марии-Антуанетте» не менее трех раз. Невинно убиенные? Чета, которая своими действиями и бездействиями довела Францию до кровавой бани, какой не бывало еще в истории, может считаться убиенной невинно? О да, я забыл что нахожусь на спорных территориях, где еще недавно был канонизирован государь, своими единоличными действиями разрушивший государство, равного которому почти не было в мире. О да – за плодовитость и выдающиеся личные качества. Каким бы прекрасным мужем и отцом он ни был, он должен был быть в первую очередь государем и правителем, если уж он серьезно решился принять трон. Но когда правители не отличаются высокими должностными качествами, для поддержания авторитета верховной остается только оценивать их выдающиеся интимные характеристики. Он наверное был прекрасным мужем и отцом, смиренным христианином, и в заботе о духовном он не посчитал нужным взять грех на душу и предпринять решительные действия по спасению державы. Ему проще было умереть и возложить свое бездействие на страну, которую долго больше нельзя будет назвать государством, лишь бы не замарать руки. Гипотетическая загробная жизнь собственной души была для него важнее, чем жизни супруги и детей, судьбы страны и государства, а миллионы зависимых жизней подданных вообще не принимались во внимание, когда приходилось выбирать между решительными действиями и собственной уютной жизнью. Имеют ли государственные деятели право на политику самоустранения при формальном сохранении власти?

e42munz696mt
…и умереть в бою с оружием в руках.

  A suivre…